Все для детей

Трифан Балтэ

ФИЛИМОН И АРАП

Жил-был царевич. Вот исполнилось ему восемнадцать лет, и выехал он в поле поглядеть, каково оно, так же ли красиво, как город, или еще краше.

Только он в поле очутился, попалась ему навстречу прекрасная девица – это была Краса Веков Аромат Цветов. Увидев царевича, девушка повернула обратно, но он, пораженный ее красотой, пришпорил коня и помчался вдогонку. Настигнув красавицу, положил он свою левую руку ей на плечо. Девушка смутилась и, недолго думая, обратилась в бегство, так как знала, что этот царь станет ее свекром. Сам же царевич этого не ведал. Обернулась Краса Веков быстроногой ланью и скрылась в чаще лесной. На этот раз царевич уже не смог ее настичь. Вернулся он домой хмурый и злой оттого, что не узнал, кто эта дивная красавица, и слег в постель от тяжкого недуга. Никто не знал, что с ним случилось. Многих лекарей к ложу его позвали, да только самый старый из них догадался, в чем недуг искать. И сказал он старому царю:

– Пресветлый царь, болезнь твоего сына не смертельна. Там, где он был, повстречалась ему девица, вот откуда недуг. Но он умрет, если ты его поскорее не оженишь.

– Боже мой! – воскликнул царь. – Я ли не хочу его оженить?

И разослал он немедленно гонцов во все царства-государства, повелев им всюду искать царевичу невесту подстать. Узнали гонцы, что у одного царя есть дочь на выданье. Женился на ней царевич, а потом и года не прошло, родила она ребенка и нарекли его Филимоном Фэт-Фрумосом. В тот день, когда родился младенец, в царском саду лань объявилась. Поселилась она там и день-деньской следила за Филимоном: как он купается в стеклянном корыте и как у него с каждым часом силы прибавляются. Когда Филимон вырос, попросил он своих родителей выдать ему платья на дорогу и денег немного, потому что решил он выехать в поле и поглядеть, что там и как. Слышал он, что в юности его отец встретил в поле девицу прекрасную. Услыхала лань этот разговор, и на второй день, когда Филимон поехал в поле, она в обход побежала. На выходе из города пути их скрестились. Филимон был вооружен ружьем, мечом и копьем. Завидев лань, бросился он ее преследовать. Но не хотел царевич ни рубить ее, ни стрелять, ни пронзить копьем, а только поймать живьем, привезти домой и родителям показать. Преследуя ее, Филимон дошел до большой реки: лань ее мигом перескочила, а Филимон остался на этом берегу. Тут лань ударилась оземь и обернулась красной девицей, до того красивой и статной, что Филимон глаз от нее оторвать не мог. И сказала ему девица:

– Филимон Фэт-Фрумос, поднимись под облака, пронесись над водой и подойди ко мне. Тебя обниму я, в уста расцелую, долгие лета даруя.

Пришпорил Филимон коня и пронесся над рекой. Девушка обняла его, расцеловала, сняла кольцо с пальца и подарила ему вместе с платочком. Отдал ей и Филимон кольцо свое и платочек, а потом спросил:

– Почему ты раньше была ланью, а теперь обернулась красной девицей?

– Твой отец тому виной. Он положил свою руку мне на плечо. А мне было стыдно сказать ему, что в будущем он будет моим свекром. Я ведь заранее знала, что он вскоре женится и ты родишься у него, а ты мой суженый. Ну а теперь пойдем, у меня тоже есть родители, надо пойти поглядеть, живы ли они еще.

Под вечер пришли они домой к девице и узнали, что мать умерла от тоски по ней, а отец в живых остался. До чего же удивился отец, увидев ее:

– Ты ли это, Краса Веков?

– Я, отец.

– А где ты пропадала столько времени, доченька?

– Я была очень далеко.

– А кто это с тобой?

– Филимон Фэт-Фрумос, Красный Царь. Встретились мы с ним и поговорили по душам. Он сказал, что хочет жениться на мне. А я ему ответила, что хочу прежде испросить вашего согласия.

– Ну, раз так, зови его в дом и сажай за стол.

Усадили они Филимона Фэт-Фрумоса за стол, три дня и три ночи кормили и поили, а он ел, пил, да более всего на девушку глядел.

– Вот что, Филимон, – сказал ему будущий тесть. – Иди домой и скажи твоему отцу, что он мне отныне свояк, и я отдаю свою дочь за тебя. Пусть присылает поскорее свое войско – артиллерию и кавалерию, а я их приму с хлебом-солью, с большой любовью.

Филимон так и поступил, и вскоре возвратился со всем войском. Но было уже слишком поздно… В его отсутствии к Красе Веков пришел свататься другой жених из другого царства, однорукий и одноногий Хромой Владыка. Девушка ему очень понравилась, глядел он на нее, поглядывал и все смеялся от радости. А когда смеялся, изо рта его золото лилось.

А отец девицы ходил в это время по комнате и говорил:

– Краса Веков Аромат Цветов, Филимон Фэт-Фумос красив и храбр. Но вы будете "жить не тужить", по царским балам ходить и промотаете все состояние. Таковы уж цари да бояре, когда напиваются пьяными. А этому уроду, когда нужно будет, стоит только засмеяться, и изо рта у него польется золото. И будешь ты с ним жить безбедно.

– Отец, лучше бы мать меня удавила при родах, чем выйти мне замуж за такого урода. Но коли ты того хочешь, я твою волю выполню…

И вот прибыл Филимон Фэт-Фрумос с войском девицу сватать. Вышел царь ему навстречу, коврами путь устелил. Вошел Филимон с войском в дом и ищет глазами невесту. А царь ему говорит:

– Я, как тебе говорил, так и сделал, Филимон Фэт-Фрумос… Но Краса Веков нашла себе другого суженого и ушла с ним.

Выслушал Филимон Фэт-Фрумос слова того, кто должен был стать его тестем, оседлал коня и крикнул воинам:

– Возвращайтесь, ребята, домой к отцу. Возвращайтесь без меня, а я поеду, куда глаза глядят – судьбу свою искать… – И уехал. Ездил он так три дня и три ночи, пока достиг высокой горы. А как взобрался на вершину, видит – человек спит. Подумал Филимон: "Смотри, как он крепко спит. Была бы охота, мигом изрубил бы его в капусту, не успел бы он даже пикнуть, да жалко ни за что ни про что жизнь его загубить. Лучше и я прилягу рядом да сосну, а когда он проснется, померимся с ним силами в честном бою".

Первым проснулся Арап Могучий. Захотел он было тут же убить Филимона, но, подумав, перерешил: "Зачем его убивать, коли он меня не убил? Разбужу его и спрошу, чего ему надо!" Крикнул тогда Арап, что есть мочи:

– Гей, Филимон Фэт-Фрумос! Вставай!

– Эге, долгонько я спал!..

– Спал бы ты сейчас вечным сном, но не захотел я этого сделать. Что ж, на саблях сразимся или в борьбе силами померимся?

– Лучше поборемся, честнее будет, – ответил Филимон Фэт-Фрумос.

Схватились они и начали бороться. Три дня и три ночи боролись, искры из скал высекали, а одолеть друг друга не смогли. В конце концов решили они отдохнуть. Спрашивает Арап Могучий Филимона Фэт-Фрумоса:

– Есть у тебя брат?

– Нет.

– Ну, так давай побратаемся.

Поцеловав клинки, обменялись они ими и поклялись быть братьями на всю жизнь.

– Ты про Хромого Владыку слыхал? – спросил Филимон Арапа.

– Слыхал. Он женится на Красе Веков. Неплохо было бы и нам пойти попировать на свадьбе.

По дороге к царству Хромого Владыки попалась им навстречу старуха.

– Здравствуй, бабушка. Принеси-ка нам платок и два калача, орехи и фисташки. Мы тебе хорошо заплатим.

– Оставьте меня в покое, странники, некогда мне с вами возиться.

После долгих просьб согласилась все-таки старуха и принесла им, что просили. Растянул тогда Филимон Фэт-Фрумос платок, положил в него калачи и накрыл платочком Красы Веков, который та ему подарила у реки. На платочке он разложил изюм, инжир и орехи. Потом расколол один орех, ядро поделил с Арапом Могучим, а в скорлупу спрятал кольцо Красы Веков. И, отдав все старухе, велел отнести невесте, авось узнает она кольцо свое и платок.

Так оно и случилось. Расколола Краса Веков орех зубами, а из него кольцо выпало. Тогда велела она позвать старуху.

– Скажи, старушка, кто тебя послал ко мне с гостинцами?

– Какие-то люди…

– Говори правду, не бойся. Я знаю, тебя послал Филимон Фэт-Фрумос. Передай ему, чтоб поберегся, однорукий и одноногий Хромой Владыка большой подлец. Пусть остерегается его. А коли он словам моим не поверит, то скажи ему, чтоб он хотя бы не спал, а взлетел за облака, я тем временем прикреплю солнце ко лбу, луну к груди, утреннюю зарю – к плечу, платье звездами обошью и ослеплю Хромого Владыку. Коли и это не поможет, пусть Арап Могучий окутает черным туманом вселенную.

Не послушался Арап Могучий старухи, велел Филимону ждать его, а сам направился к Хромому Владыке. Пришпорил он коня доброго, полетел стрелою над облаками, над войсками, и в страшной сече половину воинов Хромого Владыки порубил. А устав от битвы, вернулся и сказал Филимону:

– Порубил я половину войска и с Хромым Владыкой знакомство свел. Ступай, братец, и ты.

Послушался Филимон Фэт-Фрумос, налетел на войско и перебил его до единого человека. Хромого Владыку сжег и пепел по ветру развеял. Взял он Красу Веков и пустился в обратный путь, туда, где ждал его Арап. Вдруг запала ему в голову дума горькая: "Нет у меня счастья. От одного я спас Красу Веков, а другому ее отдаю!" Добрался он до горы, а Арап Могучий сидит мрачнее черной тучи.

– Добрый вечер, братец, добрый вечер! Что же ты, брат, не отвечаешь?

– Как же тебе ответить? Мы с тобой поклялись быть братьями, а ты в дороге худо обо мне думал.

Устыдился тут Филимон Фэт-Фрумос и попросил прощения. Теперь, когда трудности остались позади, пустились они втроем в дорогу к дому Красного Царя. Очень обрадовался отец Филимона, завидев его, закатил пир на весь мир, а затем послал их отдохнуть. Пока они отдыхали, царь воздвиг дом с толстыми трехметровыми стенами и развел там огонь. Вишь, задумал он сжечь живьем Арапа Могучего и сына своего, чтобы затем жениться на Красе Веков. Но замыслы его не осуществились. Арап Могучий был волшебником. Проснулся он и мигом холод напустил, все кругом заморозил.

Видя такое дело, царь пустился на другую хитрость: послал он к ним старуху с отравой. Вышел Арап Могучий старухе навстречу и как щелкнул ее по лбу – в землю вогнал. Но царь и на этот раз не успокоился. Взял он хлеб, котомку с маслинами и флягу с водой и, придя к сыну, говорит:

– Так ты женился? А моего согласия испросил? Ну-ка пойдем со мной, я тебя научу, как государством править!

– Слушай, брат Арап, – сказал Филимон своему побратиму на прощание. – Береги Красу Веков.

Повел отец Филимона по пустынным местам и девять дней есть не давал.

– Отец, дай мне чего-нибудь поесть.

Дал ему отец кусок хлеба с солеными маслинами.

– Отец, дай мне немножко водицы, не то умру от жажды!

– Дай я тебе выколю глаз, и получишь водичку.

Стал Филимон Фэт-Фрумос на колени, а отец ему глаз выколол. Затем говорит ему:

– Вставай и пойдем дальше.

– Иду, но дай мне сперва еще глоток воды.

– Дам, но прежде и второй глаз выколю.

– Ну, что ж, коли, вижу, ты хочешь меня калекой оставить, а не учить, как государством править.

Жадно глотал Филимон воду из фляги и поехал дальше наудачу, так как не видел, куда его конь несет. Ехал он, ехал и доехал до леса дремучего. Ветки ему лицо царапают, платье на нем рвут. Измучился он скоро и закричал:

– Погоди, мой конь, дальше мне не под силу ехать. – Разнуздал он скакуна, меч к седлу привесил и так его напутствовал: – Иди мой конь, на все четыре стороны. Кто укроет тебя от холода и спасет от голода, тому и служи.

Конь вскоре пристал к монастырскому табуну. А Филимон Фэт-Фрумос остался жить в лесу, покинутый всеми, даже и отцом родным, который поспешно возвратился домой, чтобы расправиться с Арапом Могучим.

Питался Филимон гнилушками, пил воду из ручья и птичьему языку учился.

И вот однажды услыхал он, о чем говорят две птицы, кружившиеся над ним: "Какой он красавец! Если бы еще и глаза имел, то был бы самым красивым молодцем на свете. Вот если бы он лег навзничь и лежал бы так, мы живо полетели бы за живой водой, окропили бы его глазницы и тогда прозрел бы он снова".

Филимон понял разговор птиц и 12 дней и 12 ночей лежал недвижим. Наконец птицы прилетели с живой водой, окропили его, и он стал видеть. Поблагодарил он пташек и в путь пустился. Шел он так, шел, пока добрался до табуна лошадей, которых сторожил старик. Попросил Филимон у старика помощи, а тот ему и говорит:

– Что ж, выбери себе коня по душе.

Долго выбирал Филимон Фэт-Фрумос и, наконец, выбрал дряхлую клячу.

– Эгей, – молвил старик. – На таком коне далеко не уедешь. Он стар и едва ноги волочит.

Но решение Филимона было непоколебимо. Положил он руку на коня, погладил его, и вдруг, – о чудо! – конь перекувыркнулся и молодым красавцем обернулся.

– А оружие коня не сохранилось? – спросил Филимон Фэт-Фрумос.

– Как же. Конечно, сохранилось. На пыльном чердаке лежит. – Тут старик принес ему меч, помог оседлать коня и уже было хотел открыть ворота, но Филимон пришпорил скакуна, взвился в воздух и полетел прямо в свое царство. А там по-прежнему царь с Арапом Могучим войну вели.

Когда явился Филимон Фэт-Фрумос во дворец, Краса Веков как раз совет держала с Арапом – как дальше быть. Тут и вошел к ним Филимон и молвил:

– Я возвратился и остаюсь с вами, если не прогоните.

В ответ они его только обняли. Недолго думая, Филимон вышел, вытащил отца из постели и привязал его к хвосту коня, семь лет не видавшего солнечного дня. Как только конь почуял свободу, пустился он бежать. И там, где падала рука царя – там появлялся колодец, где отлетала нога – ручей, а где осталось его тело – пропасть.

А Арап Могучий, видя, что друзья его избавлены от мук, распрощался с ними и домой отправился. Жена его встретила насупившись и дала ему поесть те кушанья, которые были им оставлены семь лет тому назад. Поел Арап Могучий и покрылся весь язвами. Невмоготу стала ему пытка эта, и пошел Арап на все четыре стороны. Шел, шел, пока не добрался до царского дворца. Здесь он попросил одного пастуха дать ему поесть чего-нибудь со свадебного стола. В ведре пастух принес ему крошки. Арап Могучий отказался принять эту еду и сказал слуге:

– Иди, парень, и скажи своему хозяину, что я ему служил семь лет, как брат, и не мне он должен посылать такие блюда.

Слуга передал все, что ему велели. Как узнал Филимон Фэт-Фрумос об этом, сам бросился к нему навстречу, повел во дворец и усадил на семи перинах во главе стола. И закатили они пир на весь мир. Исцелился Арап и остался жить в царстве Филимона Фэт-Фрумоса.

А Краса Веков Аромат Цветов вскоре родила мальчика златокудрого. На радостях закатили они пир на весь мир, авось и сейчас еще пируют.

Перевод: В. Капица