Все для детей

Лидия Огурцова
УР-СЮЙ - НЕЖНАЯ РАДОСТЬ

В стране Восходящего Солнца жила одна прекрасная девушка. Звали её Ур-сюй, что в переводе означало Нежная Радость. Стан у девушки был похож на молодой тростник, а её прекрасные глаза блестели, как две утренние звезды. Всё было хорошо в облике девушки. И душа у Ур-сюй была чистая, как горный родник.

Однажды пошла Ур-сюй к своей дальней родственнице Су-джай, что в переводе значит Хмурое Облако. Руки у Су-джай были как закрученные лианы, а тело походило на старый высохший лимон. Лицо же у неё было как сморщенная груша. Позавидовала Су-джай красоте и юности девушки.

– Выросла ты, вытянулась, – скрипучим голосом заговорила Су-джай, - да вот руки твои никуда не годятся. А ноги-то, ноги у тебя какие?

– Какие? – испуганно переспросила Ур-сюй.

– Кривые, как брошенное под забором колесо, и жирные, как у слонихи.

Су-джай оттянула складку кожи на животе девушки. Ур-сюй с надеждой смотрела в прищуренные глаза старухи.

– Куда это годится? Толстая, как корова, – закончила осмотр довольная собой тётушка Су-джай.

Печальная возвращалась домой красавица Ур-сюй. Подошла к реке, смотрит на свое отражение и не узнаёт его.

– Жирная корова, – сказала она своему отражению и заплакала.

Прошёл месяц. Никто не узнавал некогда весёлую и быструю Ур-сюй. Глаза её были печальны. Она могла часами плакать, глядя на себя в зеркало. Как же она ненавидела себя! Всё изменилось в её жизни. Она перестала кушать вкусные лепёшки, приготовленные для неё мамой, и изводила себя разными диетами.

– Может быть, ты заболела? – забеспокоилась мать девушки и пригласила к ней доктора.

Доктор был сражён грустной красотой Ур-сюй. Он долго осматривал девушку, но не нашёл никакой болезни. Тогда он стал убеждать её, что она просто красавица. Но Ур-сюй ему не верила и без конца твердила: «Я толстая, как корова». Так и ушёл доктор ни с чем, а про себя подумал: «Несчастная девушка. Что же с ней будет?»

Прошёл ещё месяц. Подруги перестали приходить к Ур-сюй. Им было скучно – она всё время крутилась перед зеркалом и говорила только о себе.

– Неинтересно с ней, только о себе и говорит, – сказала одна из них. – Не пойду больше к Ур-сюй.

– Я тоже не пойду, – согласилась другая.

Надо сказать, что был у Ур-сюй жених. Только когда всё это случилось, он был в отъезде. Пришло время ему домой возвращаться. Не узнал он свою невесту – когда-то весёлую красавицу Ур-сюй. От слёз вокруг глаз у неё появились чёрные круги. Да и взгляд стал злым и завистливым. А говорить с ней было одно мучение. Ур-сюй только и рассуждала о худых девушках. Она с такой завистью говорила о худенькой соседке, что жених стал внимательно присматриваться к той. И хотя та была не так красива, как его невеста, он решил, что лучше взять в жёны соседскую девушку.

«Она добрая, весёлая и готовит вкусно», – решил парень и женился на соседке.

А что же стало с красавицей Ур-сюй? Жизнь проходила мимо неё. Ур-сюй никому не верила.

– Посмотрите, какая я толстая: здесь висит, здесь колышется, – всхлипывала она, показывая свои стройные ноги.

Всем давно надоели жалобы Ур-сюй. Завидев её, люди разбегались в разные стороны. Скоро они придумали ей новое имя: Ур-сяй, что означало – Вечное Хныканье.

Прошёл год.

Решила как-то мать Ур-сюй поехать в гости к своей младшей сестре Си-джай, в соседнее селение. И дочку с собой взяла.

Была Си-джай знатная мастерица – на ткань рисунки наносила. Из той ткани, с рисунками, девушки себе платья шили. Понравились Ур-сюй узоры, которые рисовала Си-джай, и попросила она мать оставить её у тётушки – мастерству поучиться.

Согласилась мать, решила, что работа отвлечёт дочь от грустных мыслей. Да и интересно это - рисунки придумывать, а затем на ткань наносить.

Стала Ур-сюй разные картины рисовать. И так у неё всё хорошо получалось, что в округе слава пошла о новой художнице. Рисунками её люди свои дома украшать стали. И каждый мечтал купить необычную картину, нарисованную Ур-сюй. А на картинах тех были изображены вершины гор, загадочные драконы, невиданные птицы и таинственные цветы.

Однажды попросил её старый кузнец нарисовать прекрасную девушку.

– Дочки у меня никогда не было. Пусть хоть картина с девушкой глаз мой радует.

Долго думала Ур-сюй, кого бы изобразить на картине. Тётушка Си-джай уже старая, да и соседки её не молодые. Нарисовала Ур-сюй себя. Такую, какой она видеть себя хотела: стройной и красивой. Только грустной очень.

Отнесла Си-джай рисунок племянницы кузнецу. А к нему во двор сын императора со своей свитой заехал: подкова у лошади в дороге сбилась.

Увидел императорский сын рисунок в руках тётушки Си-джай и задрожал от любви к прекрасной незнакомке, изображённой на картине.

– Кто эта девушка, что на картине нарисована? – спрашивает он.

– Ур-сюй, племянница моя, – отвечает та.

– Была твоя племянница, теперь моей невестой станет, – говорит императорский сын.

Отвела его тётушка Си-джай к своей племяннице, по дороге рассказала, какая та умница, да рукодельница.

Встретил принц Ур-сюй и остолбенел: живая она ему ещё лучше, чем на картине показалась. Совсем закружилась голова у принца от любви.

А Ур-сюй, как принца увидела, так тоже в него влюбилась. В свою красоту поверила и снова стала весёлой и счастливой.

Забрал императорский сын Ур-сюй к себе во дворец. Поженились они и были счастливы.

А в деревне ещё долго рассказывали, как девушка по-имени Ур-сюй своим талантом мужа нашла.